Республика Коми, Сыктывкар,
ул. Советская, 24, офис 301 г
тел/факс: 44-86-49

+ Присоединяйтесь к нам:

Журнал «Знай наших!» №12 | Рубрика Наши люди

09:57 | 26 марта 2009

Первая леди Коми АССР

Теги: иван морозов | мария морозова |

МорозовыБолее двадцати лет Мария Морозова была «первой леди» Республики Коми. Правда, в советское время такой громкий «буржуазный» титул был не в ходу. Поэтому Мария Григорьевна была известна в Коми АССР как супруга первого секретаря обкома КПСС Ивана Павловича Морозова. Легендарный руководитель ушел из жизни 26 апреля 1987 года - спустя всего семнадцать дней после выхода на пенсию. У супругов Морозовых было двое детей: дочь Галина и рано ушедший из жизни сын Владимир. У Марии Григорьевны выросли трое внуков. Двоих из них в честь деда назвали Иванами (один из них - Иван Морозов). Мария Морозова общается с прессой исключительно редко.

Недалеко от Рая

Известно, что Иван Морозов родился в 1924 году в селе Межадор. Его будущая жена – Мария появилась на свет тремя годами позже в селе Визинга, в простой крестьянской семье. Родители - Григорий и Марфа Беляевы - работали в колхозе. Отец вырос в многодетной семье, где было десять братьев и две сестры. Жили бедно. А вот со стороны матери родня была более-менее зажиточной. Все – из деревни Рай, что в семи километрах от Визинги.

Мария МорозоваГригорий долго ухаживал за Марфой, но ее родители противились тому, чтобы дочь вышла замуж за бедного парня. Но своевольная мать Марии Григорьевны сама решила свою судьбу. Она сказала жениху: «Если ты, Григорий, возьмешь топор и пойдешь в лес, и там за 30 километров построишь дом в глуши, то выйду за тебя». Что делать? Взял Григорий топор, возвел дом на выселках, и затем по-соседству там поставили свои дома и другие жители Рая и Визинги. Так бы и жили в лесу, но когда в начале 1930-х годов стали организовываться колхозы, молодые Беляевы с детьми вернулись в деревню Рай. Григорий работал на лесозаготовках, но попал под упавшую березу и получил множественные переломы. Поэтому он пошел учиться на фотографические курсы. До 1947 года жил и работал в Визинге. Когда он фотографировал ссыльных спецпоселенцев, то так жалел их, что сам чуть не плакал. В семье Беляевых выросло четверо детей: сестры Анна и Мария, братья Павел и Михаил. Старшая Анна работала учительницей начальных классов в Койгородском районе, во время войны она добровольно ушла на фронт. Потом вышла замуж, и переехала на родину мужа – в город Лабинск Краснодарского края.

Когда я на почте служил ямщиком...

В Визинге Мария закончила десять классов, но продолжить учебу в городе не смогла – заболел отец. При обострениях язвы желудка он от боли даже кричал по ночам. Из-за болезни его не взяли на фронт. Два раза возили в сыктывкарскую больницу на операции, но ничего не помогало. Зато в городе появились знакомства. В 1946 году отец сказал Марии, что у него есть знакомый в КГБ, который может предложить работу. Семнадцатилетняя девушка приехала в Сыктывкар, чтобы устроиться машинисткой, но ей отказали – не имели права взять в секретный отдел несовершеннолетнюю. Временно предложили другую должность в спецотделе – нужно было от Визинги возить на лошадях в Койгородок хлебные карточки и деньги. Выхода не было. Пришлось согласиться.

Стоит напомнить, что в те годы могли убить даже из-за одной карточки. Такие случаи в районе были. А здесь целая инкассаторская сумка, а возницей – вчерашняя школьница. Правда, для охраны ценностей выдали наган, но как им пользоваться не сказали. Предупредили только, что если Мария потеряет оружие, то будут судить по законам военного времени. Так с перепугу она больше охраняла наган, чем сами карточки.

Ездила и в зимнюю стужу и в весеннюю распутицу. На перекладных – три-четыре ямщика – от деревни к деревне. Мария даже не заходила в столовую, – так боялась, что украдут мешок. И всем говорила, что в сумке почта, а не карточки. Карточки в деревнях раздавала сама. Только на обратном пути она могла расслабиться и обедать в столовых с ямщиками. Дорога занимала почти сутки. «Я там все здоровье потеряла от холода, - вспоминает Мария Григорьевна. - Ноги замерзали. Купила малицу и пимы, но попала под дождь и шкуры так испортились, что пришлось их выкинуть. Проработала больше двух лет. Но потом отец пожалел меня и сказал, чтобы я уволилась. Папа любил песни и часто просил меня спеть «Когда я на почте служил ямщиком»...»

Иван МорозовПришел Иван с фронта  

Пока Мария ездила с карточками, ее избрали секретарем комсомольской организации на районной почте. Потом – уже заведующей учетом Сысольского райкома ВЛКСМ. Как раз в это время и вернулся с фронта Иван Павлович Морозов. Он был после ранения – левая рука висела на перевязи.

«Ранение он получил в разведке. Немцы заметили их группу, начали стрелять. Он потерял сознание, а когда очнулся, то шедшего с ним в паре Николая рядом не оказалось. Кое-как добрел до своих. Пришел, а там Коля. Иван со всей силы ударил того и потерял сознание. В госпитале хотели руку отрезать – началось заражение. Но Иван сказал, что родился в лесном краю, где одной рукой лес рубить нельзя. Написал расписку, что против ампутации. Так и спас себе руку. Мог бы оформить себе инвалидность, но отказался, чтобы не получать лишние деньги от государства. А в магазине потом всегда говорил мне: «Маша, ты одну сумку бери. Ведь у меня одна рука».    

Фронтовика Ивана Морозова избрали секретарем райкома комсомола. Здесь он и познакомился со своей будущей женой. Иван Павлович жил в Визинге на съемной квартире. У Марии же был жених. Она со старших классов дружила с отличником Анатолием Кузнецовым. Тот помогал девушке решать задачи по химии. После школы парень служил на Северном морском флоте, и почти каждый день писал невесте письма на адрес райкома комсомола. Иван Павлович темными вечерами провожал Марию домой после работы, но сильно не ухаживал, и в женихи не набивался.

Неизвестно, как бы сложилась жизнь, но однажды отец Марии поехал в гости к дочери Анне. На юге ему так понравилось, что вся семья Беляевых решила переехать в Лабинск. Уже продали дом и корову в Визинге, собрали чемоданы. Но как-то Иван Павлович ушел пораньше с работы, а когда Мария пришла домой, то застала его там. Он сидел и разговаривал с ее отцом. Мужчины познакомились еще до этой встречи, и Морозов часто бывал в гостях у Беляевых. Отец сказал Марии, что Иван Павлович хочет ее оставить в Визинге. Девушка очень удивилась, ведь сама она была настроена поехать с родителями. К тому же и мать была против того, чтобы оставить дочку. Но Иван Павлович сказал: «Маша, я хотел бы, чтобы ты осталась». Так было сделано предложение руки и сердца.

Иван да Марья

Билеты на юг были уже куплены, так что свадьбу пришлось организовывать наспех. Все устроили за два дня. Дефицитную водку и закуску достал отец Марии (как фотограф он был со многими знаком в районе). Свадьбу сыграли в июне 1947 года. Марии тогда исполнилось 19 лет, а Ивану – 22 года. Гостей позвали немного – человек двадцать родственников и друзей.

Так как свой дом родители Марии продали, ее отец договорился с одинокой соседкой – тетей Аней. Она с удовольствием пустила к себе жить новобрачных. После свадьбы родители сразу же уехали. В Лабинске они построили дом и прожили там 20 лет. Отец работал сторожем в яблоневом саду. На юге у него почти прошла мучавшая много лет язва. А вот мама от непривычного климата начала болеть. Поэтому, чтобы сберечь ее, было решено вернуться в Коми.

«В Визинге жили весело. Так как больших покупок не делали, то денег хватало, - вспоминает первые годы семейной жизни Мария Григорьевна. - В 1948 году родилась дочь Галина. В 1949 году Ивана Павловича пригласили на работу в Сыктывкар и почти сразу же направили в Воркуту, в созданный там горком КПСС. На Север нас отправилось уже пять человек. После смерти отца Ивана Павловича, мы взяли жить к себе его мать и младшую сестру. При этом все имущество семьи помещалось в единственный фанерный чемодан и две сеточки.

В Воркуте нам дали трехкомнатную квартиру в новом доме – в каждой комнате жила как бы своя семья. Всю внутреннюю отделку мы делали сами. В 1953 году в Воркуте, где мы прожили семь лет, родился наш сын Володя. Иван Павлович работал в должности председателя Воркутинского горисполкома. Я заведовала сектором учета горкома комсомола. Но вскоре моего мужа избрали секретарем Интинского горкома партии, и этому приполярному городу пришлось посвятить еще шесть лет нашей жизни. Сестру Ивана Павловича и моего брата оставили в Воркуте. В 1964 году мы переехали в Сыктывкар».

Иван МорозовЖена «первого лица»

Мария Григорьевна на собственном опыте убедилась, что быть женой первого лица - трудно. «Нужно все знать, чтобы не отставать от жизни и быть всегда примером. Когда на отдыхе встречалась с женами других первых лиц, то большинство из них рассказывали, что дома у них все делают домработницы. Сами же они полы и окна не моют, не шьют, не стирают. А я все и всегда делала сама. Так привыкла работать, что без работы сидеть или лежать не могу. Сейчас я живу одна, сама квартиру убираю, все готовлю. Только вот шить Иван Павлович меня не допускал – все шил сам и нам и детям».

Действительно, Иван Павлович любил портновское дело. Как-то в Инте, пока жена была на работе, он вечером сшил пододеяльник. Качество было хорошим, но вот дырку для одеяла он сделал сбоку, а не сверху, как это было принято. Морозов всегда сам подгонял или перешивал свои вещи. У него был хороший вкус, и он понимал толк в одежде. Жене все, вплоть до чулок, покупал сам.

Одежду он приобретал исключительно в Москве. В Сыктывкаре старался не покупать, чтобы не говорили, что пользуется блатом. Он никогда не заводил «нужных» связей в торговле и жене категорически запрещал это делать. Поэтому все продукты Мария Григорьевна покупала в обычном магазине с длинными очередями. Еще Иван Морозов не принимал подарки, которые можно было купить за деньги. По словам Марии Григорьевны, с ним было весело, он любил пошутить. У него было редкое сочетание острого ума и природного юмора. Всегда был окружен людьми, был лидером в любой компании. В свободное время любил читать и бывать с детьми и внуками на природе. Любопытно, что дома Мария Григорьевна и Иван Павлович говорили, в основном, по-коми.

Морозовы«Он все умел делать, - рассказывает Мария Григорьевна. - Когда переехали в Сыктывкар, то он в новой квартире сам перепланировал помещение, чтобы разделить спальню и кабинет. Когда въезжали – тут все было казенное, но муж возмутился и сказал, что мы сами на все можем заработать, и попросил вывезти казенные вещи и мебель».

Иногда в отпуск Морозовы ездили и за границу. Составлялась группа только из первых секретарей обкомов с их женами – каждый раз всего девять пар. Так получалось, что Иван Павлович всегда оказывался самым молодым, но при этом его всегда назначали руководителем группы.

Высшего образования Мария Григорьевна так и не получила – просто некогда было учиться. Рано вышла замуж, потом семья, работа. Но она ничуть не жалеет о том, что не закончила институт.

Последнее место работы Марии Григорьевны - инструктор по наградам Президиума Верховного Совета Коми АССР. Более двадцати лет она организовывала своевременное вручение орденов и медалей в трудовых коллективах республики. Число награжденных за пятилетку превышало 3-4 тысячи человек. кроме того, десяткам тысяч северян вручалась медаль «Ветеран труда». Морозова никогда не жаловалась на большой объем работы, все успевала делать вовремя и качественно.

Вышла на пенсию в 1983 году, так как нужно было нянчиться с внуками. А так бы работала еще. В яслях не было места, а без очереди Иван Павлович не хотел их устроить.

Мария МорозоваОтдельно следует отметить гостеприимство и кулинарные способности Марии Григорьевны. Друзья и коллеги до сих пор восхищаются ее умению приготовить по особому рецепту холодец, соленые огурчики, вкуснейшие шаньги на тоненькой корочке.

Уход Ивана Павловича

Про смерть Ивана Павловича ходит много слухов. «Обычно, про свою работу он мне ничего не рассказывал, - вспоминает она. - Но если возникали проблемы, то он делился ими со мной. Мы друг друга понимали с полуслова. Однажды он пришел и сказал, что получили постановление ЦК о том, что на пенсию нужно отправить всех тех, кому более 60 лет. «Это ошибка! - переживал он. - Зачем же всех отправлять на пенсию? Есть же крепкие, здоровые, опытные люди. Больные они ведь сами на пенсию уйдут». Тем не менее, он добровольно написал заявление. Это был первый такой случай в СССР, чтобы секретарь обкома просился на пенсию. Он больше двадцати лет был Первым секретарем Коми обкома КПСС и обладал колоссальным авторитетом. Его уговаривали остаться, но он понимал, что перестройку ему не пережить...

Иван МорозовВ субботу 26 апреля 1987 года мы собрались на дачу с внуками. Он учил их узнавать все деревья, грибы, ягоды... Учил любить природу. А в тот день хотел показать им, как разжигать костер на снегу. С утра был довольный, бодрый, ничего не болело. Разожгли большой костер, внуки смеялись, валялись в снегу, дурачились. Когда пришли домой, Иван Павлович сказал, что хочет сходить в киоск. Купил там банку селедки, и когда шел обратно, то всем знакомым советовал приобрести эту вкуснятину. Он ее поел с вареной картошкой. Когда у него начался приступ, никто даже не поверил вначале. Просто он неожиданно начаыл падать назад. Я дала ему таблетки, которые он носил в кармане и позвала дочь Галину. Она же врач. «Он же уже умирает!» - закричала она. Мы с дочкой и внуком подняли его на диван, Галина начала делать массаж сердца. Пришли соседи, начали помогать. В суматохе растерялись и забыли вызвать «Скорую помощь». Потом вызвали, врачи приехали, но помочь уже не смогли».

Артур Артеев

Редакция благодарит Ивана Свистельника за помощь в подготовке материала.


Читайте также

Наши люди

Борис Степаненко. Вечный сюжет

Борис Степаненко. Вечный сюжет

Борис Иванович Степаненко, журналист, газетчик, позже – референт легендарного первого секретаря Коми обкома КПСС Ивана Павловича Морозова. 12 августа 2011 года ему исполнилось бы 77. 

5 июля 2011